Помогите Спаховым!


Уважаемый Жириновский Владимир Вольфович. История «дедовского младенца» Матвея Иванова, известного так же как Егор Спахов, до сих пор не может забыться. Мы продолжаем следить за данной ситуацией, и не перестанем это делать. У общественности (а это более чем 13 тыс.

Человек) вопросов меньше не становится. И, судя, по всему, вопросы эти крайне неудобны для многих чиновников. И самый главный вопрос сейчас – жив ли Матвей (Егор)? И, если жив, то, как сказались на нем те 2 месяца после изъятия из семьи Спаховых, те 2 месяца, которые ребенок провел в Дедовской больнице и в Коломенском детском доме в полной изоляции от родных для него людей (Спаховых)?

Просим предоставить общественности неопровержимые доказательства того, что ребенок Матвей Иванов 2014г. Р., известный также как Егор Спахов, после изъятия его из семьи Спаховых остался жив и полностью здоров, как физически, так и психически. Ведь в семье Спаховых у него точно все было хорошо – есть результаты официального медицинского обследования, есть свидетельские показания родственников и соседей, есть фото, на которых мы видим счастливого ребенка.

Он совсем не похож на того младенца с ужасающей безысходностью в глазах, мы говорим о фото из роддома (это фото было размножено при поиске Матвея в 2014 году). Посмотрите на это фото, и сравните его с семейными фотографиями Матвея (Егора) в любящих руках мамы и папы. Почему же мы должны помнить Егора по последнему фото из больницы в январе 2017года? Там он растерянный, глаза распахнуты от удивления и непонимания - за что?

И мы не можем понять – за что так поступили с ребенком наши чиновники, медперсонал и сотрудники органов опеки? В то же время и мы получаем в свой адрес вопросы. Нас спрашивают – ну что вы «вцепились» именно в этого ребенка? Почему за других детей не переживаете?

Нас спрашивают – зачем вам сейчас видеть ребенка, кто вы такие, чтобы показывать его вам? Ответим сначала на 2-й вопрос: в ситуации с Матвеем (Егором) нельзя прикрываться «тайной усыновления». Ребенок уже стал публичной личностью, когда СМИ рассказали историю его судьбы. Так будьте честны с людьми – поставьте нормально точку в этой истории.

После ситуации с подлогом при экспертизе крови Алеши Шимко, нам мало одной фразы про Матвея (Егора) от Екатерины Андреевой «Ребенок адаптировался в новой семье». Какие доказательства этой фразы у вас есть? Зачем теперь так усиленно пытаться заставить всех позабыть про Матвея (Егора)? Никто не требует озвучить имена и адрес усыновителей.

Можно сделать несколько фото ребенка, записать видео, на котором будет видно, не только то, что он жив и здоров, но и то, что он счастлив. Это не трудно сделать, если счастье ребенка не придуманное. Отсутствие информации – это тоже информация. Отсутствие фото и видео – это тоже информация.

Бездействие чиновников – это тоже информация. Все вместе доказывает, что в ситуации что-то не так. Что-то не сходится. Не получилось у чиновников начать жизнь Матвея (Егора) «с чистого листа», не получилось «загнать его железной рукой в счастье», а признаться в этом не могут – головы полетят.

Своя рубашка ближе к телу. Последний раз ребенка мы видели на фото и видео в больнице Дедовска. Потом – тишина. Зловещая тишина.

И начинаются странные действия Уполномоченной по правам ребенка в Московской области и органов опеки. Фото ребенка появляется в базе данных детей-сирот, его предлагают к усыновлению. Фото замечается неравнодушными людьми и пропадает из официальной базы. Тогда О.

В. Мишонова начинает поспешно искать Матвею (Егору) семью среди своих знакомых. Вопрос – зачем? В обязанности госпожи омбудсмена входит подыскивать детям семью?

Все эти действия тщательно скрываются от общественности и от приоритетного кандидата на усыновление ребенка Сергея Спахова. Почему? Почему бы не сказать открыто, честно, и так же через СМИ? Что случилось с Егором за те 2 месяца, которые он вынужденно находился в изоляции?

После смерти Родиона Тонких в больнице никто и никогда не докажет нам фразой «просто поверьте мне», что Матвей (Егор), находясь один не скучал, не плакал, не звал маму с папой. Тот, кто допускает саму возможность такого поведения 2-хлетнего ребенка или никогда не видел детей этого возраста, не общался с ними, или никогда не был матерью, или никогда не был хорошей матерью. Потому что ребенок старше 1, 5 лет маму свою помнит, ищет ее во всех окружающих лицах, и узнает ее и через месяц, и через два. А уж ребенок в возрасте старше 2, 5 лет и тем более.

И вдруг нам пытаются внушить, что абсолютно здоровый ребенок в возрасте 2, 8 лет не вспоминает своих родителей? Не скучает по ним? Ребенок спокойно засыпал один в больнице? Все ночи напролет спал, не тревожась во сне?

Что должно было случиться с ребенком, чтобы все это стало правдой? Поэтому, пока общественности не будут предоставлены доказательства того, что Матвей Иванов (Егор Спахов) жив, здоров, счастлив, мы будем продолжать писать письма, искать журналистов, которые смогут провести независимое расследование по данному делу. Мы будем поднимать эту тему при любой возможности. Отвечаем на первый вопрос: почему именно этот ребенок?

Да, в детских домах и в детских больницах находится очень-очень много сирот, не нужных никому детей. Большинство из них – дети маргиналов, алкоголиков и т. П. Их жизни и здоровью в родных домах угрожала опасность, и в таком случае изоляция от «родственников» только на пользу.

Или от этих детей отказались родители, и это хоть как-то объясняет их нахождение в детских домах и больницах в одиночестве, пока другого решения не нашлось. В ситуации с Матвеем (Егором) больше всего возмущает то, что ребенка изолировали совершенно напрасно. Его жизни и здоровью в семье Сергея Спахова ничто не угрожало. После 2-3-х дневного обследования ребенка можно было вернуть в комфортную для него среду.

Во время обследований названный папа (а для самого Егора он являлся родным и единственным – другого он не знал) мог бы находиться рядом с ребенком. Один из главных вопросов у нас сейчас - почему ребенок был изолирован от родных для него людей? При этом Следственный Комитет выдал разрешение семье Спаховых находиться в больнице с ребенком. Но семью не допускали ни в больницу, ни в Коломенский Детский Дом.

Насколько жестокими нужно быть, чтобы оставить ребенка в возрасте 2, 8 лет в больнице без сопровождения взрослых? В то время как был другой вариант – допустить членов семьи Спаховых к ребенку. В голове не укладывается – как такой ребенок может жить один в палате? Опять-таки, мы не имеем в виду ситуации, когда ребенок помещается в больницу, Детский Дом, если его жизни и здоровью в семье угрожала опасность.

Повторюсь - это не наш случай. Поэтому я не понимаю этого бессмысленного приношения в жертву этого мальчишку. Он живой человек, не кукла, а ребенок, у которого была семья! И до сих пор нас мучают эти вопросы – почему к ребенку отнеслись так формально?

Его в прямом смысле «изъяли» как «вещдок» в ходе следствия о похищении. Вот такая вот «улика», и ничего, что с чувствами, привязанностями. При этом изолировали ребенка от всех. И кто это сделал - сотрудники больницы и опеки.

Эти люди обладают такими полномочиями? Егор их собственность? Или Егор государственная собственность, с ним можно делать все, что захочется? Почему они распоряжаются детьми как «расходным материалом»?

Даже СК оказался в этой ситуации человечнее, чем чиновники, врачи, медсестры и сотрудники опеки и Коломенского ДД. Откуда вдруг такая душевная черствость у всех чиновников сразу? Давно известно, что профессия меняет человека. Полицейские, врачи часто становятся равнодушными, т.

К. Видят очень много проявлений человеческой жестокости, слабости, боли, жадности, глупости. В итоге взгляд «замыливается», они начинают воспринимать людей «формально», как часть своей работы, их уже не трогает чужая боль. Они «насмотрелись», их нечем удивить.

Мы уже почти готовы с этим мириться, когда дело касается нас самих, мы не рассчитываем ни на кого, кроме себя. Но мы взрослые люди, мы можем за себя постоять. Другое дело - дети. Они зависят от взрослых.

Они не имеют силы бороться с так называемой «системой», в которой все только «для галочки». «Изъять-поместить-передать» - вся суть работы органов опеки. Кого - куда, уже нет разницы, приближаемся к стандартам Скандинавии. Главное – «изъять и поместить», то, что после изъятия лучше ребенку не стало – никого уже не волнует.

А к детям нельзя относиться «формально». В них не должно видеть «очередной случай», «прецедент», «часть статистики». Даже если судьба одного ребенка страшнее предыдущей судьбы другого ребенка. Даже, если уже «все это видели» много раз.

Сотрудникам опеки, медперсоналу детских отделений нельзя «черстветь» душой. Всех, кто начинает относиться к детям как к «расходному материалу» нужно увольнять по статье «профнепригодность». Именно так нужно поступить со всеми должностными лицами, которые решали судьбу Матвея Иванова (Егора Спахова). Потому что подход к решению проблемной ситуации был выбран крайне формальный.

В действиях всех ответственных за судьбу ребенка мы видим абсолютное безразличие к самому ребенку. Кто для них Матвей (Егор)? Имя на бумаге? Инвентарная единица?

От таких же безразличных людей мы читаем комментарии под различными статьями, под петициями: «ну, что поделать, ребенку не повезло».

«Это разве любовь? У малыша не было даже медицинской страховки! Ни прививок, ни наблюдения врача! », без имени.

Хочется спросить - а что, любовь к детям у нас уже в страховках, прививках заключается? Или в айфонах, планшетах, конфетах? Все уже настолько плохо? Но гораздо больше комментариев другого плана, очень прошу прочитать их, орфография авторов сохранена.

Данные комментарии (это только маленькая часть) люди оставляли под статьями о ситуации с Матвеем (Егором), под петицией в защиту Сергея Спахова и его права на усыновление Матвея (Егора) по закону, в группе социальной сети Вконтакте, которая посвящена защите интересов ребенка Матвея Иванова (Егора Спахова) (Петицию подписали более 13 тыс. Человек). «Именно в этом возрасте много лет назад я попала в изоляцию в детском учреждении. Две недели я там ничего не ела, только ждала родителей.

Помню это уже 6 десятков лет. В этом возрасте уже хорошо знают родителей и привязаны к ним. Попытка подсунуть вместо мамы и папы каких-то других тёток и дядек не пройдёт. Ребёнок будет страдать и ждать» Елена г.

Москва, комментарий под петицией.

«Какой-то ужас! Где ребёнок? Жив он? Почему не говорится про него ничего?

Почему умалчивается? Если он болеет в новой семье, то что это за новые родители такие? Они, что? Не могут найти в себе силы признаться и сделать так, чтобы маленькое существо вернулось к любящим его маме и папе?

Что? Уже столько дел натворили, что стыдно повернуть назад, хотя это будет логичнее! Так издеваться над ребёнком! Сердце кровью обливается!

Люди! Давайте сплотимся и поможем маленькому человечку! » Светлана Б. «какой идиотизм наш суд!

И это в интересных ребёнка? Зачем такое потрясение семье, вместо помощи-разрушение и горе? Они были любящими, заботливыми родителями нуждались в помощи" легализации" ребёнка, а что получили? Отняли сына, засунули в другую семью и считается ребёнок счастлив- дураки и подлецы наши чиновники» Мила

«А почему не судят тех, кто" проморгал" ребёнка в роддоме?! Эти совершенно ни при чём, что ли?!

Там проходной двор через младенческую, да?! Была семья, малыш рос в любви - нет! Надо всё переломать!

» без имени «Я бы не стала ребенка приносить в жертву жестокости. » Ольга
«Судя по тому, что в развитии Егорка намного обгонял своих сверстников, был ухожен, здоров и счастлив, Елена и Сергей Спаховы были хорошими родителями. Семья Спаховых была для мальчика целым миром. Чиновники, по долгу службы обязанные действовать только в интересах ребенка, своими непродуманными, бездушными действиями разрушили мир ребенка, нанесли ему глубокую психологическую травму» без имени

«Значит ребенок жил как родной было нормально. И родители адекватны. А тут сразу. Сломали жизнь ребенку.

Он вам этого никогда не забудет. Что оторвали от мамы и отца. Раз уж так случилось. Ну нашелся ребенок отказник.

Так и решите все по тихому. Проверьте как живет. Любим ли в семье. Соседей опросите.

Как мол относятся. Не морят ли голодом. Не заставляют ли работать с восхода до заката. Оформите опеку и оставьте их в покое.

В России массово бросают детей. А не крадут в семьи». Юлия, Московская область
«Лишили счастья уже не молодых людей, лишили мальчика семьи, где он был желанный ребенок, где его любили. Бездушные чиновники, наверняка еще и корыстный мотив был в такой спешке. А интересы ребенка никто и не пожелал учесть» без имени

«В данном случае никто не подумал о ребенке. 3 года малыш жил в любви и заботе. И эти бездушные люди лишили его счастья. Всегда есть исключения.

Можно было женщину наказать так, чтобы ребенок не страдал. Но. » Елена

«какой ужас, маленький страдает, родители мучаются и страдают. Умолчание в данном случае обман. Верните ребёнка обратно Спаховым. Ему там было хорошо, его там любят.

Он других родителей не знает. Что это за суд с опёкой? Суд должен быть в интересах ребёнка прежде всего. Опять, бедный, осиротел» без имени «Ну, молодцы, органы.

Первым делом ребенка наказали, забрав из семьи, где его любили и где он уже привык жить. Законы надо в пользу детей трактовать, вот это и есть правосудие» без имени «//А самому Сергею «свойственны застенчивость, трудности социальной адаптации, недостаток практицизма, ранимость, повышенная чувствительность». Поэтому ему «рекомендовано рассмотреть возможность принять на воспитание ребенка в возрасте от 9 лет и старше». // совести у этих психологов нет.

Калечат всех, никого не жалко им- ни Егора, ни его приемных родителей» без имени «Зачем заставлять людей страдать? Видно же, что они любят этого мальчика. Они его растили в любви и заботе до 3-х лет. Зачем было отдавать ребёнка в другую семью?

Из принципа? Он ведь не котёнок. В интересах ребёнка можно было хоть раз подойти не формально, учесть сложившиеся отношения в семье и оставить мальчика со Спаховыми» Ирина, Пермь. Многие утверждают, что эта ситуация послужит уроком для будущих похитителей.

Но это ложь. Никто не учится на чужих ошибках. Никто не застрахован от похищения ребенка. Никто не застрахован от халатного отношения учителей, воспитателей, медперсонала.

Зачем же сейчас наказывать ребенка? Мы просим о человечности, о гуманности по отношению к ребенку. Это не трудно, это важно, это необходимо. Мы ищем людей, сердце которых дрогнет при осознании всего того ужаса, который пришлось пережить маленькому мальчишке в стенах больницы и детского дома.

Он не знал, что такое «быть одному». Он не должен был это узнать. Калинина Э. В.

Курган

Звёзды: 0,00 ( голосов: 0)
Загрузка...

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Решите простой пример, если вы человек а не программа. * Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.